Научный дискурс – это речемыслительная деятельность, регламентируемая социокультурными кодами науки как общественной практики, её правилами, традициями и ценностями. Когнитивная составляющая научного дискурса реализуется в пространстве субъект – объектного отношения, имеет объектную интенцию. Когнитивный компонент – это всегда некоторое рассуждение, реализуемое в форме внутренней речи (мышления «про себя») или внешней речи (письменной либо устной). Коммуникативная составляющая научного дискурса имеет иную, а именно, субъектную интенцию, и представляет собой речемыслительный диалог. Внутренняя диалогичность, т.е. авторская рефлексия по поводу своих текстов, их синтаксической связанности, семантики их терминов, логической корректности выводов, обоснованности гипотез и т.п., известна любому научному работнику. Во внутреннем диалоге автор периодически проблематизирует процесс и результаты собственного речемыслительного поиска, формулирует и «прорабатывает» альтернативные варианты. Внешний диалог состоит в речемыслительном взаимовоздействии нескольких субъектов научной деятельности. По целям этого воздействия научный дискурс включает в себя описание, когда автор своим сообщением имеет намерение проинформировать коллег о ходе и результатах своих исследований или о работах в соответствующей области других авторов; оппонирование, когда автор формулирует оценочные суждения и критические соображения в отношении гипотез и методик других авторов; рекомендации, когда реципиенту даются какие-либо советы теоретического или методического характера, которые могли бы благотворно повлиять на результаты его исследований.
Размышляя о многослойности дискурса, Л.Н. Синельникова пишет: «Дискурс – это процесс речевой деятельности с её погружённостью в социально-культурный контекст и отражающий психологический настрой говорящих – как явный, так и по разным причинам скрываемый. Мы прочитываем мысли и смыслы, вслушиваясь (интонация, паузы, перемещение логического ударения и т.д.), вглядываясь (невербальное поведение – жесты, мимика, перемещение в пространстве и под.) и вчитываясь, если относимся к тексту как к манифестации дискурса, переклички с другими текстами, отсылка к контексту – культурному, этноспецифическому, политическому и т.д.)» (Синельникова, 2012 : http).
Массмедийная реальность – предмет многих научных исследований. В самом общем виде этот термин определяют как реальность, которая создается средствами медиа. Средства массовой информации конструируют новую реальность, предъявляя объективные факты в соответствии с конвенциями и опытом («привычками», устоявшимися моделями) профессионального сообщества и их представлениями об интересах и ожиданиях аудитории.
В современном обществе мы можем наблюдать ситуацию информационной избыточности, которая в контексте глобализации приобретает все более значительные масштабы. Существенный вклад в ситуацию информационной избыточности вносит новостная информация, которая при существующей форме подачи, по словам Ж. Бодрийяра, производит эффект «головокружения от действительности» (Бодрийяр, 2000). Можно заметить, что новостным сообщениям характерна «зрелищная драматизация»: акцент на происшествиях и катастрофах, общее «обострение» всего происходящего встречается все чаще в организации новостного дискурса. Отмечают, что организация новостей как дискурса ориентирует массы на потребление, создавая специфическую реальность, в которой представлена «подача разных фактов в форме универсального происшествия» (Бодрийяр, 2006). Дискурс новостей, согласно критическому видению современных теоретиков и аналитиков дискурса, «драматизирован в форме зрелища», что обуславливает пассивное потребление информации зрителем. Потребление рассматривается в таком случае как отношение к действительному миру, которое не является «отношением интереса, участия, принятой ответственности — но оно не является и тотальным безразличием: это отношение любопытства» (Бодрийяр, 2000). Массы, «молчаливое большинство», потребляющее медиа - информацию, имеют свою парадоксальную природу, выражающиеся в гражданской пассивности, неучастии. Пассивное состояние массовой аудитории, согласно Ж. Бодрийяру, опирается на ненасытное требование реальности, «истины», «объективности».
Каждая единица языка является знаком, который фиксирует и номинирует определённую связь между явлением действительности, значением и смыслом того или иного явления на уровне совокупности всех возможных ситуаций речевого общения. В связи с этим базовым понятием когнитивной лингвистики является концепт (калька с лат. conceptus — понятие). Концепт — «операционная единица мысли», «единица коллективного знания (отправляющая к высшим духовным сущностям), имеющая языковое выражение и отмеченное этнокультурной спецификой». Концепт принято рассматривать как единицу, аккумулирующую структурированное знание о мире, то есть именно благодаря концепту происходит объединение семантического и семиотического пространства.
Человеку присущи многие виды чувств, которые есть и у других видов млекопитающих ‑ чувство голода, страха, радости, удовольствия, etc. Но чувство юмора есть только у человека. Есть и другие – собственно человеческие – эмоции, к примеру, эстетические и нравственные чувства. Их изучение трудно поддаётся дефиниции и кодификации, если речь идёт о научном исследовании, а не об их литературно-художественных характеристиках. Мне представляется, что именно чувство юмора заслуживает первостепенного внимания науки: юмористические ситуации наиболее близки к повседневной жизни, непосредственным образом «отражают» нашу повседневность, её заботы и радости, и поэтому более прозрачны для их научного анализа (в сравнении с произведениями т.н. высокого искусства). Юмор постепенно выделяется в самостоятельный предмет научного исследования, о чем свидетельствует появление Американской ассоциации по изучению юмора (American Humor Studies Association) и Международного общества изучения юмора (International Society for Humor Studies)