Прежде всего, отметим ряд положений, являющихся ключевыми для понимания проблемы соотношения события и дискурса:
Мой интерес к англо-русскому переводу был продиктован собственной любознательностью. Моими «первыми книжками» действительно стали первые книжки для самых маленьких, когда я очень быстро обнаружила свои пробелы во фразеологии. Далее я избрала процесс перевода как инструмент для изучения языка. Изучение языка через художественный перевод позволило мне осознанно подходить к выбору самого материала, порционности его восприятия с учётом степени новизны на текущий момент, сохраняя цельность восприятия на общем фоне собственных знаний. Реальный выход на каждом этапе работы добавлял мне уверенности в себе, делая комфортным мой новый шаг в неизвестность. Я не стремилась противопоставить свой перевод «стандартному», но уже работая над переводом книги «Three Men in a Boat» Джерома К. Джерома, мне вспомнилось, что когда-то я пыталась читать русское издание, и у меня что-то не получилось. Я не могла продвигаться по книге и отложила её. Позже случалось, что работая над переводом, я пыталась прибегнуть к тому же русскому изданию в поисках ответа на свои вопросы, но так их и не находила, и вовсе перестала к нему обращаться.
Cовременные исследователи культуры являются свидетелями её изменений в потребительском обществе. Так, за последние два десятилетия преобразовалось понятие о современном театре, который стал обретать всё больше черты «перфоманса», насыщенного трюками, эффектами, загадочными аллегориями, эпатажем. Существенно изменилась отечественная литература (тексты «ни о чём», засилье бульварных романов), журналистика (которая в большей мере нацелена на поиск сенсаций). Обрело новые форматы и российское телевидение. Так, прежде всего, увеличилось количество передач развлекательного характера, которые потеснили собой даже художественное кино. Возникает необходимость рассмотреть содержательную сторону этого явления.
Аудитория современных масс-медиа погружена в пространство визуальных образов, зрительных объектов, изображений. Фотография становится одним из ключевых способов получения информации об актуальных событиях, познания мира и общения с другими людьми. Она быстро переводит информацию в сферу обыденного опыта, делает изображаемый объект само собой разумеющимся, естественным. Более того, фотография рождает новые формы понимания действительности. Медиатизированная действительность становится всеобъемлющей благодаря фоторепрезентациям, выступающим в роли «образного посредника» между индивидом и действительностью. У человека визуальной культуры строятся особые представления о мире, способы чувствования, темп и ритм жизни. Фотожурналистика в этом смысле становится формой визуальной антропологии, поскольку позволяет наблюдать, участвовать, записывать, анализировать действия субъектов культуры.
Изучение идеологии в социологии берет начало от классических теоретиков, которые рассматривали влияние властных структур на распределение знания в обществе. Спустя какое-то время политический контекст анализа идеологий перестал играть ключевую роль в концептуализации данного понятия, и исследователи перешли к изучению самых разнообразных форм проявлений подобного рода знания: СМИ, художественная литература и другие виды искусства, реклама, кино. В данном исследовании мы попытались выйти за рамки политических интерпретаций и охарактеризовать современные идеи, транслируемые через современные продукты культуры. При этом мы решили сделать акцент на двух различных по содержанию формах знания – идеологии и утопии. Значимыми представляются не только различия идейного контекста, но еще и дифференциация способов передачи идеологий и утопий посредством символического ряда, представленного в продуктах культуры. В качестве показательного примера мы рассмотрели продукты современного кинематографа. В современном обществе кино остаётся идеологически не нейтральным продуктом. Нельзя отрицать и то, что киноиндустрия сегодня занимает существенную часть в структуре досуговой деятельности практически всех групп населения, и всецелое увеличение объема кинопродуктов позволяет говорить об их значимой роли в процессе коммуникации и социализации. Мы полагаем, что идеологии и утопии, в данном случае, тоже вписаны в процесс символического образования, а представленные кинообразы транслируют идеи.