Библия, как раскрытое человеку Богом Святое Писание, дает нам возможность получить представление об общей библейской картине мира, однако разновременные историко-социокультурные условия, при которых библейские тексты появились на свет, по-разному отображают эту картину. С позиций культурологически ориентированной лингвистики и когнитивной лингвистики реконструкция и изучение языковой картины мира и когнитивных механизмов ее осознания происходит путем исследования ее структурных единиц ‑ концептов (Н.Н. Болдырев, М.Я. Блох, Е.С. Кубрякова, А.П. Мартынюк, А.Н. Приходько), и библейская картина мира не является при этом исключением. Соответственно изучение концептов, которые реализуют библейскую картину мира, в условиях постоянных исторических, культурных и социальных перемен, позволяет говорить о постепенной трансформации библейского концептуального пространства, что в свою очередь стимулирует модификацию и адаптацию дискурса Святого Писания к новым условиям, где эти концепты существуют.
В современной лингвистике термин «концепт» получил значительное распространение, что в принципе объясняет его многозначность в рамках научного дискурса. Важно отметить, что концепт ‑ это, прежде всего, ментальное образование, и этот факт подтверждается практически всеми исследователями. Кроме того, концепт рассматривают как «некое суммарное явление, по своей структуре состоящее из самого понятия и ценностного (нередко образного) представления о нем человека» (Степанов, 1997: 40-43). Также концепт понимают как «единицу коллективного знания (отправляющую к высшим духовным сущностям), имеющую языковое выражение и отмеченное этнокультурной спецификой» (Воркачев, 2004: 51-52). Характеризуют концепты и как «ментальные образования, которое представляют собой хранящиеся в памяти человека значимые осознаваемые типизируемые фрагменты опыта» (Карасик, 2004: 59). Существует также теория, что концепт является «квантом структурированного знания, которое материализуется в языке» (Кубрякова, 1996: 90) и «представлением о фрагменте мира» (Пименова, 2004: 8) и др. Однозначно, приведенные выше дефиниции не отражают весь спектр существующих определений концепта в когнитивной лингвистике, но дают возможность понять всю многогранность данного ключевого явления.
Таким образом, понимание концепта как сложного формирования обусловливает наличие в его составе совокупности взаимосвязанных и взаимообусловленных компонентов, что его целостно образуют (Степанов, 1997: 15). Динамическая роль концепта в процессе мышления, его постоянное функционирование, вербализация разных его составляющих, связь с другими концептами, объясняет «гибкость» структуры концепта (Сторчак, 2007: 58), что позволяет, на наш взгляд, проследить даже процесс эволюции самого концепта.
Лингвокультурный концепт сегодня принято считать трехмерным образованием, которое содержит понятийный, предметно-образный и ценностный компоненты (В.И. Карасик, М.М. Полюжин, З.Д. Попова, И.А. Стернин). А.Н. Приходько, рассматривая концепт на уровне трехслойной структуры (субстрат – адстрат ‑ эпистрат), постулирует, что понятийный субстрат концепта представляет фактуальную информацию ‑ пропозициональное знание, опирающееся на языковую фиксацию (описание, определение, дефиниция). Перцептивно-образный адстрат формируется на основании обобщенного образа, в котором заложены индивидуальный и коллективный опыт. Ценностный эпистрат опирается на те духовные импульсы, что оживают в сознании человека благодаря его принадлежности к тому или иному этно- и лингвокультурному коллективу (Приходько, 2008).
С другой стороны, И.А. Стернин разрабатывает теорию структуры концепта в ключе ядра и периферии, где ядро ‑ базовый слой (единица универсального предметного кода) и когнитивные слои (дополнительные концептуальные признаки, что свойственные составляющим концепта). Периферия концепта раскрывается совокупностью слабоструктурированных предикаций, которые отображают интерпретацию отдельных концептуальных признаков и их соединений в виде утверждений (Попова, Стернин, 2007: 60).
Заявленное исследование лингвокультурного мегаконцепта HUMAN BEING осуществляется путем определения его семантической структуры и анализа его реализации в библейском дискурсе. Семантическая структура мегаконцепта HUMAN BEING рассматривается в единстве понятийного, образного, оценочного, символьного, исторического и социокультурного компонентов. Моделирование его структуры происходит путем построения номинативного поля мегаконцепта. Номинативное поле является набором языковых средств, которые представляют исследуемый мегаконцепт, и привлекает структурные группы лексических единиц, а именно: лексико-семантические, фразеологические группы, синонимические ряды и др. Номинативное поле концепта неоднородное, содержит прямые номинации мегаконцепта и номинации его когнитивных признаков, которые образуют периферию номинативного поля (Попова, Стернин, 2001: 216). Поле выступает в качестве динамической системы, поскольку эволюционирует в пространстве и времени.
Структуру мегаконцепта HUMAN BEING предлагается представить в виде сферы с ядром в центре и периферией. Ядро поля раскрывает само понятие HUMAN BEING, ядерную зону которого дополняют мезоконцепты и макроконцепты, что объективируются рекуррентными вербализаторами. Периферия представлена катаконцептами и их составляющими (в соответствии с иерархией концептов, предложенной Е.М. Кагановской (Кагановская, 2002), каждый из которых является совокупностью смысловых вербализаторов, сгруппированных вокруг тематического идентификатора (см. Рис. 1.1).
Опираясь на результаты и достижения проведенного нами исследования текстов Святого Писания (King James Version (1611 год), English Standard Version (2001 год), American Standard Version (1901 год), New International Version (2011 год), разработана структура мегаконцепта HUMAN BEING, которая включает доминирующие мезоконцепты MATERIAL HUMAN BEING и SPIRITUAL HUMAN BEING. Мезоконцепт MATERIAL HUMAN BEING представлен внешними, или физическими, характеристиками человека, к которым относятся параметры, что относительно легко воспринимаются визуально, ‑ макроконцепты GENDER, AGE, APPEARANCE, SOCIAL POSITION. Мезоконцепт SPIRITUAL HUMAN BEING представлен внутренними, или духовными, характеристиками человека, то есть параметрами, которые раскрывают поведение человека, ‑ макроконцепты FAITH IN GOD, INTELLIGENCE, EMOTIONS, CHARACTER.
Считаем особенно важным обратить внимание на то, что лингвокультурный мегаконцепт HUMAN BEING, который рассматривается как мировоззренчески ориентированная единица мышления, обозначающая человека в англоязычных версиях Библии, реализуется историко, социо и культурно маркированными единицами, которые употребляются или не употребляются в разных библейских Писаниях для адекватной трансляции информации адресатам (Сабадаш, 2017: 193), служит, прежде всего, средством представления культурно-национальной ментальности носителей языка. И изменение любого фрагмента в культурной, исторической, социальной, национальной картинах мира проектирует субституции вербализаторов на всех структурных уровнях мегаконцепта. Поскольку концепты, формируя сложную концептуальную систему, взаимосвязанные, то эта система постоянно адаптируется, трансформируется, усложняется, упрощается и модифицируется сознанием индивида. Способность концепта изменяться в соответствии с новыми условиями определяет то, что концепты низшего уровня, которые его структурируют, также изменяются под влиянием друг друга (Попова, 2014). Принимая во внимание сказанное, допускаем, что концепты, которые реализуют мегаконцепт HUMAN BEING, также «переосмысливаются», модифицируя весь мегаконцепт. И именно смоделированная нами концептуальная структура позволяет проследить эволюцию мегаконцепта почти на всех уровнях, охватывая большую часть материальных и физических аспектов жизнедеятельности человека.
Исследование особенностей знакового содержания указанных концептуальных структур дает возможность раскрыть общие векторы эволюции мегаконцепта HUMAN BEING с акцентом на том, что данная модель мегаконцепта в современном библейском дискурсе синтезирует или не синтезирует ранее существующие в рамках антропоцентрической модели.